?

Log in

No account? Create an account
eye of yustas

ПИСЬМА АЛЕКСУ

Блог Максима Павлова


Previous Entry Share Next Entry
eye of yustas

ЗОЛОТОЙ, СЕРЕБРЯНЫЙ, ЖЕЛЕЗНЫЙ

"Какое, милые, у нас тысячелетье на дворе?"

dance-of-the-muses

С легкой руки Николая Оцупа, напечатавшего в 1933 году в Париже статью «Серебряный век», расцвет русской культуры, начавшийся в 1880-90 годы и закончившийся в начале 1920-х годов, стали называть «серебряным веком», а «золотым веком» был назван период, в который творили Пушкин, Лермонтов, Гоголь и другие.
Мы привыкли мыслить по аналогии, часто не очень задумываясь, куда эта аналогия нас ведет.  Дело в том, что гесиодова лесенка: золотой – серебряный – медный – железный, - ведет вниз. Иначе говоря, она задает ступенчатую парадигму деградации всего и вся, начиная от стихов, и заканчивая самим существованием культуры и человечества.


Возможно, на большом масштабе это имеет какой-то смысл. Является очевидным фактом, что людей на земле становится всё больше; сама земля, ее вода и воздух, становятся всё грязнее, а нравы человеческие вряд ли показывают тенденцию к улучшению, и куда всё это в конце концов приведет – Бог весть.
Мы сейчас не заглядываем так далеко. Мы говорим только о культуре, и наш вопрос: если век Пушкина – это век Золотой, а век Блока – Серебряный, то каков же тогда на этой шкале век, в котором мы живем?

Может быть, это – медный век машин, орудий, оружия и утилитарности? Когда книги пишутся не для того, чтобы «чувства добрые...» и так далее, а для того, чтобы сделать побольше денег?  А может быть уже, упаси Господи – уже железный, когда всему наступает, по слову классика, «полный скорбец» и остается только накрыться простыней и медленно ползти на кладбище?
А не может ли быть, что гесиодовская «металлическая» аналогия к культуре вообще неприменима, и здесь действуют другие законы? Давайте разберемся.

Первое, что бросается в глаза – это изменение на протяжении последних двухсот лет роли литературы в жизни людей. Судите сами: во времена Пушкина и несколько десятилетий после него, когда слой тех, кто умел читать и определял (или думал, что определяет) развитие культуры, был очень тонок – всего несколько процентов населения, - появление каждого большого поэта или писателя вызывало огромный резонанс; появление значительного произведения такого писателя тоже вызывало резонанс и способно было кое-что изменить в жизни общества.
В бурный период рубежа 19-20 веков («Серебряный век») действительно произошел еще один мощный всплеск, который долго еще отдавался эхом в русской культуре 20 столетия – это при том, что не меньше половины деятелей этого периода закончили жизнь рано и трагически.
Во второй половине 20 века был еще один довольно значительный всплеск, связанный с деятельностью российских диссидентов и выходом на поверхность так называемой «лагерной» и вообще запрещенной литературы (Солженицын, Шаламов и другие), он на самом деле всколыхнул общество, но сейчас он уже полностью сошел на нет. И что осталось в результате?

Безусловно, книги сейчас продолжают писаться. Писателей вовсе не стало меньше, наоборот, их стало значительно больше. Ежегодно выходят сотни новых произведений – иногда совсем неплохих, вручаются десятки премий, иногда действительно по заслугам.
Но что из того? Спросите себя, сколько книг вы прочитали за последний год? Адресую этот вопрос в первую очередь к тем, кто не считает себя литератором или литературоведом. – Вряд ли очень много, почти наверняка не больше десяти-двадцати. Почему? Нет интереса? Нет времени? Есть дела поважней? И даже если вы продолжаете читать книги, сколькие из них действительно повлияли на вашу жизнь? 
Телевизионные новости отвлекают внимание, телепередачи и фильмы, большинство из которых – сериалы, поглощают досуг. Интернет с избытком перекрывает потребность в информации, общении и самовыражении. Мы живем в совершенно ином мире, нежели тот, в котором жила читательская аудитория Золотого и Серебряного веков.

Сегодня вряд ли вообще приходится говорить о какой бы то ни было «читательской аудитории» или о серьезном влиянии литературы на умы людей. Книга не выдерживает конкуренции с гораздо более мобильными сферами телевидения и интернета, которые в последнее время все более успешно сливаются воедино.

В чем же мораль сей басни, и что мы можем со всем этим поделать?
Внешне – абсолютно ничего. Это иллюзия – что человек может повлиять на ход развития цивилизации или даже на его отдельные более или менее значительные события. Здесь действуют законы больших масс, против которых массы отдельного человека и даже группы людей просто не достаточно.
А значит, на вопрос: В каком месте на «шкале веков» русской культуры мы находимся? – ответ будет простой: это неважно. Мы находимся на своём месте.

Есть хорошее психологическое правило: если обстоятельства не устраивают – попытайся их изменить. Если убедился, что не можешь изменить обстоятельства – измени отношение к ним. Информация, в том числе культурная и духовная, которая раньше закладывалась в книги, никуда не исчезла, она только изменила форму. И вопрос не столько в том, в какой форме она тебе предлагается, сколько в том, насколько ты способен ее извлечь и использовать. И тут уже дело полностью в собственной внутренней подготовке и внутреннем отношении.
Не говоря уже о том, что наиболее ценная и витальная часть этой информации всегда передавалась не на словах.